Category: общество

Праздник Мехра: ворота в иранскую осень

Праздник Мехра или, как его называют в Иране, Мехреган – один из древнейших праздников, справляемый иранцами вот уже более двух тысяч лет. В Иране он традиционно отмечается шесть дней, начиная с 16 мехра по иранскому календарю (8 октября). Из-за произошедших за тысячелетия многочисленных изменений в иранском летоисчислении иранские общины по всему миру могут отмечать Мехреган в разное время.

С древних времен Мехреган считался наиболее важным из всех праздников-именин: зороастрийский календарь использовал только 30-дневные месяцы, и первые 12 дней каждого из них назывались соответственно так же, как и месяцы. Праздник-именины отмечался тогда, когда название месяца и дня совпадало – так и появился Мехреган, праздновавшийся в седьмой день седьмого месяца года, т.е. Мехра.

Мехреган считается праздником дружбы и любви (на это указывает и его название, переводящееся как «любовь»), а также праздником сбора осеннего урожая в преддверии зимы.

По словам историка А.Тамим-Пура, из четырех наиболее важных древнеиранских праздников (Ноуруз, Саде, Бахманган и Мехреган) именно Ноуруз и Мехреган праздновались с особым размахом. По мнению историков, древние иранцы условно делили год на два сезона – тепла и холода, – а эти праздники знаменовали их приход. По словам древнего иранского историка А. Бируни, древние иранцы могли праздновать оба или отдать предпочтение лишь одному из них.

Collapse )

Возвращение глиняных табличек эпохи Ахеменидов в Иран

После длительных судебных процессов, глиняные клинописные таблички эпохи Ахеменидов, найденные при раскопках в Персеполисе, в количестве 1783 экземпляров наконец-то были возвращены на Родину. В течение 84 лет эти реликвии незаконно удерживались США, но 2 октября они были доставлены в Национальный музей Ирана и представлены министром культурного наследия, туризма и ремесел Али Асгаром Мунесяном. 


Эти глиняные таблички были обнаружены археологами Чикагского университета совместно с иранскими коллегами в ходе раскопок в Персеполисе в 1933 году. Таблички были переданы для изучения в Институт востоковедения Чикагского университета и в ходе исследований учёные подтвердили принадлежность их к эпохе Ахеменидов. Глиняные таблички принадлежат к эпохе правления Дария и содержат информацию об административных и организационных вопросах государства, начиная от жалований рабочим до способов хранения пшеницы и организации армии. 


США присвоили государственную собственность Ирана себе, а именно коллекцию, состоящую из 30 тысяч глиняных клинописных табличек. После многократных пересмотров дела об иранских артефактах, Верховный суд США распорядился вернуть глиняные таблички, но министерство финансов США противится возврату всей коллекции и возвращает драгоценные артефакты только частями. 


Collapse )

Общие плоды прогресса — чистка ковров в России и Иране

Иранская цивилизация считается одной из первых, познавших искусство плетения ковров. В то же время, и в России с древних времен ковры пользовались популярностью — правда, немного не в том виде, в котором они были известны в Иране.

Преодолевая века, культура плетения ковров в обеих странах неуклонно развивалась: в Иране появилось множество центров производства ковров, известных на весь мир, а российские мануфактуры перенимали опыт восточных соседей и создавали свои собственные техники и инструменты производства.

Благодаря такой исторической традиции ковры продолжают широко использоваться как в России, так и в Иране. И, как выяснилось, даже традиция чистки ковров у россиян и иранцев несколько похожа.

В прошлом люди подметали ковры вениками, чистили щетками с мылом — иногда это делалось в одиночку, а иногда и целыми семьями, особенно если размер ковра был внушительным. Остались воспоминания и о коврах, которые выбивали на улице — повсеместно и в России, и в Иране.

Примечательно, что в Иране в городе Машхад-Ардахаль (провинция Исфахан) даже существует древняя религиозная церемония с обязательным элементом выбивания и мытья ковра, которая в 2012 году была включена в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО.

Collapse )

Бозорг Аляви – не только писатель, но и борец за свободу

Бозорг Алави (настоящее имя – Сейед Моджтаба Алави) родился в Тегеране (2 февраля 1904 года), в многодетной семье. Его отец и дедушка были видными политическими и государственными деятелями. Свое прозвище «Бозорг» (перс. – великий) Алави получил от имени своего прадеда.

Основное свое образование писатель получил в Берлине, куда его привез отец. После возвращения в Иран в 1927 году Алави преподавал немецкий язык сначала в Ширазе, а затем – в Тегеране. Позже в 1937 он попал в тюрьму за свои политические взгляды, но был выпущен в 1941 после всеобщей амнистии. Во время своего заключения Бозорг Алави никогда не прекращал писать, он записывал на клочках бумаги свои идеи и мысли, а уже после освобождения на свет появились два сборника, которые вызвали бурную реакцию общественности – «Тюремные записки» и «53 человека». В них он повествует об условиях тюремной жизни в годы правления Реза-шаха.

Творчество Бозорга Алави сконцентрировано на политических и социальных проблемах, которые были как никогда актуальны в тот период времени. Другим известными романом писателя является роман «Ее глаза», рассказывающий о жизни художника Макана – мастера реалистический живописи, убежденного противника полицейского режима и борца за свободу. Особенность этого произведения – рассказ о трудной жизни и борьбе этого человека от лица влюбленной в него девушки, которая переживает за своего возлюбленного.
Он написал сборник рассказов «Чемодан» под впечатлением от работ Зигмунда Фрейда. Другие произведения Алави, такие как «Мирза», «53 человека» и «Гилемард», включены в обязательную литературную программу для средних школ Ирана.

Из-за боязни ареста писатель провел свои последние годы жизни в Берлине, изредка возвращаясь к себе на родину. До 1969 года он преподавал в Берлинском университете и занимался изучением персидского языка. Бозорг Алави – уникальный и самобытный иранский писатель, который, даже находясь в другой стране, всегда жил Ираном и переживал за судьбу своего народа. Он – один из немногих, кто осмелился рассказать людям правду.