?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

После снятия с Ирана большей части санкций, за его рынок началась серьезная конкурентная борьба между странами Евросоюза, Россией и Китаем. О том, дает ли тесное политическое сотрудничество между Москвой и Тегераном привилегии российским компаниям, “Ъ” рассказал посол Ирана в России МЕХДИ САНАИ.

— Как Иран видит роль России в своем экономическом развитии — как инвестора, поставщика технологий, поставщика финансовых ресурсов?

— Соглашение о поощрении и поддержке инвестиций было подписано двумя странами в последнем месяце 2015 года во время визита первого вице-премьера России Игоря Шувалова в Тегеран. Этот документ обеспечивает условия для улучшения нынешней ситуации с инвестициями.
В 2015 году также были приняты значительные меры для укрепления сотрудничества в области технологий. В прошлом году был сформирован Высший комитет по науке и технологиям двух стран, и это еще больше укрепило научно-технологические связи между нашими государствами. Помимо этого по итогам проведения Форума крупнейших и ведущих университетов Ирана и России была создана Ассоциация университетов двух стран, и этот формат стал еще одной площадкой для укрепления научных связей, а также для сотрудничества между наукоемкими компаниями Ирана и России.
Иран заинтересован в присутствии российских компаний в своей стране и надеется, что промышленные и торговые компании России максимально используют эту возможность и оставят позади европейских, китайских и азиатских конкурентов.



— Дает ли тесное политическое сотрудничество между РФ и Ираном привилегии российским компаниям? Могут ли они рассчитывать на статус стратегических партнеров?

— Иранские ответственные лица заинтересованы в присутствии российских компаний на нашем рынке, и стратегический характер ирано-российских отношений помогает этому присутствию. Но одного желания лидеров недостаточно. Во-первых, нужно чтобы российские компании, не теряя времени, воспользовались возможностью и на конкурентной основе приступили к деятельности на иранском рынке. Во-вторых, бюрократия в обеих странах должна помочь выполнению достигнутых договоренностей и реализации воли лидеров. Мы всерьез занялись устранением препятствий, которые имеются в этой области.
В последние десятилетия Россия приобрела опыт работы в некоторых промышленных областях Ирана, таких как строительство атомных и тепловых электростанций, модернизация железных дорог и некоторые отрасли горнорудной промышленности, и может воспользоваться этим преимуществом.
Расширились и укрепились политические связи Ирана и России в различных двухсторонних, региональных и международных вопросах. Без сомнения, это является благоприятной основой для деятельности промышленных, экономических и финансовых организаций двух стран, которые могут воспользоваться этой возможностью и расширить свое присутствие в странах друг друга.
Недостаточное знакомство с рынками друг друга и некоторое недопонимание, которое вытекает из различий в понимании бизнеса, временами приводят к задержкам в работе. Между тем прошло уже более двух десятилетий с тех пор, как наши страны приобрели новый опыт сотрудничества, и сейчас каждая из сторон располагает необходимыми кадрами и возможностями для преодоления этой проблемы.

— Насколько нам известно, во всех обсуждающихся крупных проектах с российскими компаниями иранская сторона настаивает на получении кредитов от РФ или российских банков. Правда ли, что они должны покрывать 90% стоимости проектов? О каких суммах идет речь? Является ли такой подход общим для всех иностранных инвесторов? Обсуждается ли вариант, при котором залогом по кредитам будет выступать нефть?

— Одним из сложных вопросов в экономическом сотрудничестве двух стран является проблема, связанная с финансированием проектов. К счастью, в последние годы часть этих проблем была урегулирована, появилась кредитная линия. По словам российских официальных лиц, сумма этой кредитной линии равна $5 мрлд, первый транш составит $2,2 млрд. Контракты по кредитной линии были подписаны во время визита президента России Владимира Путина в Иран, планируется, что она будет использована для электрификации железной дороги Гермсар—Инче-Бурун и строительства четырех тепловых электростанций в Бендар-Аббасе. Благодаря кредитной линии будет ускорена реализация некоторых российских проектов в Иране.
В современном мире присутствие любой страны на рынке и в промышленности другого государства зависит от финансирования и передачи технологий. Я надеюсь, что Внешэкономбанк также выполнит обещания, связанные с финансированием проектов в частном секторе. Финансирование необходимо, и если договоренности в области предоставления средств не будут выполнены, многие промышленные проекты двух стран останутся на бумаге. В общей сложности в двух странах представлено 40 проектов стоимостью $35 млрд, для их реализации требуются новые средства.

— Будет ли Иран настаивать на передаче технологий или локализации при совместных проектах с иностранными инвесторами?

— Иностранные инвестиции считаются одним из двигателей мировой экономики, и инвесторы в независимой форме или в форме партнерства участвуют в производстве товаров, добыче сырья и прочих этапах экономической деятельности в принимающей стране. При этом продвинутые технологии и последние системы управления вместе с капиталом ввозятся инвесторами в принимающую страну с целью максимального извлечения прибыли.
Иностранные инвестиции, которые привлекаются в случае нехватки внутренних финансовых средств, считаются одним из главных движущих факторов экономического и социального развития общества. Нынешние экономические условия Ирана также требуют привлечения иностранных финансовых средств. Причиной этого прежде всего является нехватка внутренних ресурсов.
В законе о Третьей программе развития страны предусматривается ежегодное создание 765 тыс. рабочих мест, которое к окончанию сроков программы должно привести к уменьшению безработицы в стране. Для выполнения этой важной задачи необходим шестипроцентный рост инвестиций. Эти инвестиции должны ежегодно равняться 12 тыс. млрд туманов, или $145 млрд. Понятно, что у государства нет таких средств. Внутренний частный сектор по различным причинам также не в состоянии выполнить эту работу. Поэтому в условиях, когда внутренние финансовые источники не в состоянии полностью насытить программы экономического и социального развития, использование иностранного финансирования, которое также предусматривается в Третьей программе развития страны, становится необходимостью.
Страна-партнер может обеспечить средства для реализации проектов путем получения иранской нефти и газа. Основная трудность в том, что обе страны — и Иран, и Россия — являются экспортерами энергоресурсов. Разумеется, эта проблема не является неразрешимой. Однажды Иран и Советский Союз (в конце 1940-х — начале 1950-х) уже обменивались энергоресурсами, и иранский газ экспортировался в СССР. Был создан общий счет, что сделало возможным участие СССР в сталелитейной промышленности Ирана и отрасли, связанной со строительством ТЭС. В качестве эксперта в области ирано-российских отношений я полагаю, что сейчас эта тема может быть в еще более широкой степени реализована в нефтегазовой сфере. В 2014 году между нашими странами была достигнута хорошая договоренность в нефтяной области, однако, к сожалению, она не была реализована.
Второй причиной, диктующей необходимость привлечения иностранных финансовых ресурсов в Иран, является настоятельная потребность в импорте современных технологий и систем управления. Привлечение иностранных инвестиций, естественно, создает условия для передачи стране современных развитых технологий и эффективных систем управления. Без сомнения, успешное и активное присутствие Ирана в сфере мировой экономики и торговли требует совмещения экономических и промышленных структур с современными технологиями и новыми системами управления. Разумеется, это не будет процессом с односторонним движением. В последние годы Иран достиг поразительного прогресса в области современных технологий, и в этой области Иран и Россия могли бы обмениваться достижениями друг с другом. В последние два года делегации, которые приезжали из России в Иран, также проявляли интерес к некоторым технологическим областям нашей страны, в частности к области нанотехнологий.

— Стандартный договор, регулирующий иностранные инвестиции в нефтяную промышленность Ирана, когда он появится и каким будет? Идет ли речь о соглашениях о разделе продукции, операторских договорах или другом? Будет ли соглашение единым для всех иностранных инвесторов?

— Закон о поддержке иностранных инвестиций в Иране — «О поощрении и поддержке иностранных инвестиций» — принят в 2002 году. Действие этого закона распространяется на всю территорию Исламской Республики Иран, и все зарубежные инвесторы могут осуществлять инвестиции в нашей стране и пользоваться при этом определенными льготами и преимуществами.Согласно закону, зарубежные инвестиции в добычу и хранение нефти и газа возможны исключительно в рамках контрактных отношений, однако в части переработки нефти и газа допускаются прямые зарубежные инвестиции. Организация по инвестициям и оказанию технико-экономической помощи Ирана является единственным центральным государственным институтом, который отвечает за прием иностранных инвестиций и оказание поддержки зарубежным инвесторам. Также эта организация занимается соответствующим лицензированием иностранных инвестиций.
В то же время на той же основе Иран и Россия провели полезные переговоры по энергетической тематике. Переговоры между крупными российскими компаниями и иранской стороной являются обнадеживающими, они продвигаются вперед. Надеюсь, что в ближайшем будущем мы станем свидетелями хороших результатов в данной области.

— На каком этапе находится процесс создания ирано-российского банка?

— Переговоры идут, достигнут прогресс, есть определенные достижения, однако это еще не оправдывает ожиданий. С одной стороны, существуют различия между банковскими системами двух стран, ЦБ РФ, в отличие от ЦБ Ирана, не является банком-корреспондентом, а действует только в сфере надзора и выработки политики. С другой — крупные банки России недавно и только после снятия санкций начали работать с Ираном. Ожидается, что крупные банки двух стран вскоре начнут взаимное сотрудничество. И я надеюсь, что ЦБ двух стран сделают эффективные шаги в направлении обмена национальными валютами. Проблемы с банковскими платежами и сегодня продолжают оставаться одним из основных препятствий для развития и расширения торгово-экономических связей между двумя странами.

— Весной возникла тема пересмотра стоимости уже заключенных контрактов на строительство железной дороги и четырех ТЭС. Можете ли вы дать дополнительные пояснения?

— Относительно цены договоров нет никаких разногласий. Существовали различия во мнениях относительно размера участия небольших подрядчиков и компаньонов по переработке и другие подобные этому вопросы, по всем вопросам было достигнуто согласие, включая даже размер участия сторон в различных проектах. Решено, что указанный документ будет окончательно подписан в рамках форума губернаторов.

— Учитывает ли Иран расширение спектра стран, вовлеченных в производство мирной ядерной энергии? Окажет ли влияние снятие санкций на ход работ на АЭС «Бушер-2»?

— Санкции вели к усилению проблем в строительстве атомной электростанции «Бушер-1», они были в числе тех факторов, которые удлинили сроки строительства. Понятно, что снятие санкций окажет позитивное влияние на ускорение строительства «Бушера-2», поэтому электростанция будет построена в более короткие сроки. Сейчас идет согласование технических вопросов, надеюсь, что скоро мы увидим начало строительства второй электростанции. Кроме того, у Ирана есть проект для совместного сотрудничества на электростанции «Фордо», который сейчас находится на стадии подготовки.

— Будет ли Иран развивать с Россией портовое сотрудничество за счет привлечения российских инвестиций и за счет инвестиций в российские порты на Каспийском море?

— Иран заинтересован в том, чтобы Россия присутствовала в различных инвестиционных сферах. Представляется, что порты, включая и южные на берегу Персидского залива, могут быть предметом внимания и интереса. Так, Индия достигла с Ираном большого соглашения в отношении части порта Чабахар. Помимо портов логистика, сооружения, морской транспортный флот на Каспийском море, а также железная дорога между Азербайджаном и Ираном также могут привлечь к себе внимание.
Сейчас как никогда все понимают необходимость того, чтобы коридор Север—Юг стал рабочим и реальным проектом, и это уже не за горами. Присоединение железной дороги Азербайджана к Ирану, улучшение логистики на участке между Россией до границы Ирана и оттуда до берегов Персидского залива могут оказать большую помощь экономикам всех трех стран и других государств. Недавно в Баку министры иностранных дел Ирана, России и Азербайджана провели переговоры по данному вопросу.
Между Ираном и Россией развивается туризм. Наряду с «Аэрофлотом» полеты в РФ в 2015 году начали иранские авиакомпании. Иранские туристы получили возможность посещать не только Москву и Петербург, но и Сочи. Россия также стала больше проявлять интерес к Ирану в качестве туристического направления. Вскоре откроются авиарейсы между Астраханью и Тегераном. Организация по туризму Ирана опубликовала перечень подлежащих строительству гостиниц и проведет по ним тендеры на условиях самофинансирования. Думаю, это будет хорошим основанием для входа российских компаний на наш рынок.

— Как в целом вы оцениваете перспективы экономических связей между двумя странами?

— Если в прошлом Иран и Россия обладали одним преимуществом, то есть волей руководителей двух государств относительно развития и расширения связей, сейчас устранены многие препятствия, которые существовали в прошлом. В 2015 году были подписаны базовые экономические документы, проделана большая работа в части снижения тарифов, таможенных препятствий, оформления лицензий.
На мой взгляд, в наших странах необходимо преодолеть сильную бюрократию и ускорить процесс практической реализации достигнутых ранее соглашений. По всем направлениям, включая различные виды промышленности, автомобилестроение, российскую гражданскую авиацию, отмечается хорошее взаимопонимание. Экспорт иранских товаров в Россию не ограничивается только традиционными товарами, он включает лекарственные препараты, промышленные изделия, молочную продукцию и морепродукты. Если инвесторы войдут в инфраструктурные проекты, то тогда мы увидим большие изменения в экономических связях.
Я оптимист, уверен, что хотя и невозможно через несколько месяцев увидеть результаты таких изменений, однако через несколько лет многие из них оставят свой след в отношениях между нашими странами.

Comments

( 5 comments — Leave a comment )
cepreuka
Apr. 29th, 2016 07:52 pm (UTC)
Ъ настолько прозападный (что логично, ведь финансируется из-за границы), что очень многие люди ему просто не доверяют. Соответственно, не читают.
Если разговор об экономике, то лучше бы на vestifinance.

Edited at 2016-04-29 07:53 pm (UTC)
vladeemeer
Apr. 29th, 2016 08:39 pm (UTC)
Г-н Санаи, Вы намеренно не затронули вопрос о перспективе создания зоны свободной торговли (зст) Ирана с ЕАЭС, где Россия играет ведущую роль, и куда вступил в 2015 г. ваш сосед Армения? Как идут эти переговоры, и какие факторы создают трудности? Спасибо.
(Deleted comment)
svetlaya_n
Apr. 30th, 2016 01:26 pm (UTC)
Господин Посол, рада, что отношения между нашими странами успешно и динамично развиваются! Хотелось бы поскорее увидеть ваши товары в наших магазинах, знаю, что они первоклассные, так как ваши селяне практически не используют вредные химикаты и добавки.Ваши лекарства также высокого качества и при этом имеют доступные цены.Это что касается простых обывателей.Главное, что Иран и Россия совместно будут осуществлять высокотехнологичные проекты!
Мира и процветания нашим народам!
(no subject) - сергей пятковский - May. 3rd, 2016 09:00 am (UTC) - Expand
( 5 comments — Leave a comment )