?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry




»Увязывать членство в ШОС со снятием санкций несправедливо«
интервью посла ИРИ Мехди Санаи с газете « коммерсант »


— Чего Иран ожидает от предстоящей встречи глав МИД стран ШОС и последующего саммита ШОС?
— Концепция ШОС соответствует точке зрения Ирана на вопросы регионального и мирового устройства. Иран во внешней политике руководствуется двумя основными принципами. Во-первых, Иран не приемлет идею однополярного мира. А во-вторых, Иран выступает против любого вмешательства внерегиональных держав в дела региона. Региональными проблемами должны заниматься страны соответствующих регионов. Суть и структура ШОС полностью соответствуют этим принципам. Успехи этой организации – как и укрепление БРИКС – говорят о том, что эти принципы весьма востребованы в мире.
Но я убежден, что и для ШОС Иран является важной страной. Иран мог бы привнести в организацию тот опыт и то влияние, который он имеет на Ближнем Востоке, в исламском мире и в целом в регионе. ШОС бы только выиграл от полноценного присоединения Ирана к организации.
Чего мы ожидаем от предстоящих мероприятий? Что «голос» ШОС и его членов, выступающих за многополярный мир, прозвучит более громко. Надеемся, что страны региона объединят свои усилия ради стабильности и безопасности.
— На данный момент Ирану не могут предоставить полноценное членство в ШОС, поскольку страна все еще находится под международными санкциями, которые не будут сняты, если к 30 июня не удастся достигнуть договоренностей по иранской ядерной проблеме.
— Увязывать вопрос членства Ирана в ШОС со снятием санкций несправедливо. Но Иран, конечно, продолжает переговоры с «шестеркой» международных посредников по своей ядерной программе и я надеюсь, что они завершатся успешно и в срок.
Ситуация в регионе и мире меняется и Иран с каждым днем становится все более важным игроком в региональных и международных делах. Россия и Китай внесли конструктивный вклад в переговоры по иранской ядерной программе, и мы надеемся, что они также конструктивно подойдут к вопросу о присоединении Ирана к ШОС. Необязательно это приурочивать к какому-то саммиту, статус можно пересмотреть в любое время.
Еще раз повторю: Иран заинтересован в присоединении к ШОС, но и ШОС не может игнорировать тот потенциал, который есть у Ирана.
— Против России введены односторонние санкции США и ЕС, а против Ирана – санкции ООН.
— И те и другие санкции являются несправедливыми.
— Во время визитов высокопоставленных представителей Ирана в Россию наверняка будут обсуждаться и двусторонние отношения. Главным достижением прошлого года стало подписание между РФ и Ираном объемного меморандума о сотрудничестве в сфере экономики. Как идет его реализация?
— Наши двусторонние отношения активно развиваются. С сентября 2013 года наши президенты встречались уже 4 раза, между ними установился очень хороший контакт. Но позитивные тенденции есть не только в политике, но и в сфере торгово-экономического сотрудничества. Об этом, в частности, говорит наше активное взаимодействие в сфере энергетики: подписаны соглашения на строительство двух новых блоков АЭС в Бушере.
— А там уже началась работа?
- Идет подготовка.
— Когда ожидается начало строительства?
— Как раз сейчас делегация Организации по атомной энергии Ирана находится в Москве на конференции Росатома. На полях мероприятия будет, естественно, обсуждаться и этот вопрос. По словам наших российских партнеров, работы могут начаться еще до конца года.
— В какую сумму вы оцениваете строительство двух дополнительных блоков?
— Могу сказать, что это весьма крупная сделка. Российская  сторона даже проявляет интерес к подписанию контрактов еще на несколько блоков. И мы надеемся, что в будущем будет подписано соглашение по строительству еще 2 блоков. У Ирана большие планы.
Но этим дело не ограничивается: у нас уже есть с Россией предварительная договоренность на строительство 6 тепловых электростанций (ТЭС) в Иране.
А решение президента РФ Владимира Путина об отмене эмбарго на поставки Ирану комплексов С-300 открывают значительные возможности в сфере военно-технического сотрудничества.
— Но российские официальные лица подчеркивают, что о конкретных сроках поставок С-300 можно будет говорить, только когда Иран отзовет иск из Женевского суда. Иран отзовет иск?
- Главное что, президент РФ отменил запрет. Остальное решат эксперты. Это уже технические моменты, а не серьезные проблемы, не думаю, что они станут препятствием для реализации решения российского президента.
— Для России отзыв иранского иска — вопрос не технический, а весьма принципиальный.
— Если иранская сторона получит систему, какой тут суд?
— Но если Россия поставит комплексы, то вопрос с судом тоже решится?
— Конечно.
— Если можно, вернемся к вопросу о прошлогоднем меморандуме, суть которого многие западные эксперты описали как «иранская нефть в обмен на российские товары».
— Это неверное описание. Мы никогда не обсуждали и не подписывали документ с таким содержанием и под таким названием. Речь идет о сотрудничестве в целом ряде областей: в энергетике, промышленности, транспорте, торговле. Общий объем проектов, которые были согласованы в ходе последнего заседания российско-иранской межправкомиссии, составляет $70 млрд.
Но этой действительно комплексные, пакетные договоренности, и если одна часть не реализуется, возникают проблемы с имплементацией других. Мы ждем со стороны России реализации этих проектов с октября прошлого года. Надеемся, что этому процессу будет придан новый импульс, поскольку это как-бы «двигатель» наших торгово-экономических отношений.
— А в чем проблема с реализацией проектов?
— На самом деле многое уже сделано. В частности, с рядом компаний были подписаны нужные документы, проведена работа по сертификации. Например, с компанией РЖД, с которой у Ирана есть хорошие отношения и парафированный проект на сумму более, чем $1 млрд. по строительству и электрификации железных дорог, а также, как я отметил выше, есть договоренности по строительству 6 ТЭС.
Но Иран также заинтересован в продажах своих автомобилей Saipa и автомобилей комапании Иран Ходро на территории России. И с другой стороны хотел бы покупать у России грузовики. Кроме того, Иран заинтересован в покупке нескольких видов российских гражданских самолетов. Причем в достаточно крупном объеме. Переговоры по всем этим вопросам уже ведутся.
Активно развиваются наши связи в области сельского хозяйства. В марте 18 иранских компаний впервые получили сертификат на экспорт морских продуктов в Россию. А на днях такой сертификат получили несколько компаний-поставщиков молочных и мясных продуктов.
Мы также активно ведем переговоры о снижении тарифов и создании зоны свободной торговли с ЕАЭС.
В результате всех этих шагов нам в прошлом году удалось преломить тренд на снижение нашего двустороннего товарооборота.
— В чем же тогда проблемы?
— В частности в том, что российские компании не слишком охотно идут на участие в финансировании проектов на территории Ирана. Вместе с тем, их китайские, европейские и индийские конкуренты готовы инвестировать и уже обращаются к своим иранским партнерами с предложениями. Иран как принимающая сторона ведь не может взять на себя финансирование всех проектов, которые, как я уже говорил, составляют $70 млрд. Думаю, что российские компании должны учесть это и начать решать вопрос с инвестициями. Пока они делают это очень медленно, как будто находятся в ожидании чего-то еще…
— Наверное, они ждут снятия санкций с Ирана.
— Их конкуренты не ждут, а действуют. И уже даже был случай, когда российская компания, занимающаяся геологоразведкой, потеряла подписанный было с иранской стороной контракт, потому что очень медлила с его реализацией. Контракт ушел к немцам.
Причем тут вообще санкции? Иранская экономика жива, она развивается, а значит, сотрудничество возможно. Сейчас исторический момент для иранско-российских взаимоотношений: в торгово-экономической сфере открылись серьезные возможности, и главное, что под ними уже есть правовая основа в виде меморандума.
— Но есть проблемы с расчетом в валюте.
— Этот вопрос уже решается. Центральные банки Ирана и России ведут переговоры на сей счет. Думаю, что совсем скоро мы сможем перейти на расчет в национальных валютах. Мы также обсуждаем возможность создания общего счета и общего банка с общим капиталом.
— Российские компании, однако, опасаются американских санкций. США ведь неоднократно предостерегали Россию от сделок с Ираном.
— Бояться санкций нельзя (смеется). Ну а кроме того, как я уже говорил, даже с учетом санкций можно и нужно сотрудничать. И это можно делать абсолютно легально. В конце концов, российские компании должны признать, что мир -- это не только Запад.

Рубрики:

Comments

timokhin_a_a
Jun. 5th, 2015 05:09 pm (UTC)
>>>И с другой стороны Иран хотел бы покупать у России грузовики.

Ну проблемы в этом вообще-то нет. В Иране Raksh Khodro Diesel уже собирает (или собирало) 4 модели КАМАЗа, которые продавались в Иране под брендом ARAZ.Хитрые иранцы даже пытаются их экспортировать через мелкие фирмочки. Можно пойти дальше и начать импортировать те же КАМАЗы в Иран напрямую из РФ с доставкой на кораблях через Каспий. Раз в Иране присутствуют эти машины, то значит и сертификация частично пройдена.

По сути, нужен только бизнесмен или фирма, желающая организовать торговлю такими машинами.

Понятное дело, что будет масса технических проблем, например, надо будет организовать для иранских инженеров и механиков ознакомительные учебные курсы, осуществить перевод технической документации на фарси, организовать доставку запасных частей из России в Иран минуя Азербайджанские фирмы-прокладки, и т.д.
Плюс ролкеров на Каспии мало, и в прошлые годы они были зафрахтованы Туркменией на большие сроки, но всё это уже решаемо, было бы желание, и ресурсов больших под это не надо.
Даже помощь от государств и правительств для этого особо не нужна. Просто с иранской стороны кто-то должен начать.